Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
22:14 

Она сделает шаг вперед, Сердце сладко замрет в груди. Вы решили – она упадет? Что вы… Нет… Она полетит…
21.07.2010 в 21:32
Пишет Color-of-The-Night:

От Nostavenel:

Правила игры просты: 10 первых читателей, которые оставят комментарий к этому посту, в течение года (начиная с этой даты) получат от меня какой-либо подарок (по почте или из рук в руки)! Единственное НО: цепочка игры не должна прерваться, то есть эти все в своих блогах должны разместить подобную информацию и таким образом передать эстафету дальше.

Не рисую, песни не пишу, клипы не делаю. Уточняйте, что хотите, но не факт, что я смогу это сделать.
URL записи

00:38 

Она сделает шаг вперед, Сердце сладко замрет в груди. Вы решили – она упадет? Что вы… Нет… Она полетит…
Очень она мне нравится...

00:05 

Не все же грустить...

Она сделает шаг вперед, Сердце сладко замрет в груди. Вы решили – она упадет? Что вы… Нет… Она полетит…

01:20 

Она сделает шаг вперед, Сердце сладко замрет в груди. Вы решили – она упадет? Что вы… Нет… Она полетит…
Черт, вроде глупая песня, тупой фильм, но сейчас сижу и слезами давлюсь...

00:53 

Она сделает шаг вперед, Сердце сладко замрет в груди. Вы решили – она упадет? Что вы… Нет… Она полетит…


23:05 

Она сделает шаг вперед, Сердце сладко замрет в груди. Вы решили – она упадет? Что вы… Нет… Она полетит…
Вот тут-то мне и снесло крышу...

23:04 

Она сделает шаг вперед, Сердце сладко замрет в груди. Вы решили – она упадет? Что вы… Нет… Она полетит…
Не понятно, что к чему и зачем, но мимо пройти не смогла

23:03 

Она сделает шаг вперед, Сердце сладко замрет в груди. Вы решили – она упадет? Что вы… Нет… Она полетит…


23:02 

Она сделает шаг вперед, Сердце сладко замрет в груди. Вы решили – она упадет? Что вы… Нет… Она полетит…


23:01 

Она сделает шаг вперед, Сердце сладко замрет в груди. Вы решили – она упадет? Что вы… Нет… Она полетит…
Сумасшествие продолжается...

18:26 

Она сделает шаг вперед, Сердце сладко замрет в груди. Вы решили – она упадет? Что вы… Нет… Она полетит…
Ну все, хватит страдать, будем улыбаться...

23:34 

Она сделает шаг вперед, Сердце сладко замрет в груди. Вы решили – она упадет? Что вы… Нет… Она полетит…
Разговор

Гермиона учит Рона:
"Мое имя — Гермиона.
Не Миона и не Ми,
И не Герми, черт возьми!»
Рон сердито хмурит брови:
"Гермиона? На здоровье!
Так тебя с недавних пор
Кличет новый ухажер?"
А она в ответ небрежно:
"Он зовет меня мисс Грейнджер".

Утащено с Семейных Архивов Снейпов.
snapearchive.narod.ru/fic/g/snejdzher_stihotvor...

23:35 

Она сделает шаг вперед, Сердце сладко замрет в груди. Вы решили – она упадет? Что вы… Нет… Она полетит…
Снегопад

Там ветвится дикая груша
Черной кляксой под облаками,
Однотонный пейзаж нарушив
Темным контуром над снегами.

Там кружатся белые перья,
Но едва поглядишь на небо,
Как они опадают пеплом,
Ледяными искрами снега.

Не ходи, не дрожи, не слушай
Чей-то стон сквозь порывы ветра,
Не смотри на дикую грушу
На развалинах замка Вепря.

Словно из-под земли и глубже
Окровавлено-хриплым стоном
Обвиняет не ставший мужем:
«Я люблю тебя, Гермиона…»

Чтоб никто-никто не заметил,
Как прощенья у мертвых просят,
Обжигающий снежный пепел
Две цепочки следов заносит.

После горя любовь — похмельем,
Но уже не страшны кошмары;
Позабудь о снотворном зелье,
Если можно спать с зельеваром.

все оттуда же -с Семейных архивов.

23:37 

Она сделает шаг вперед, Сердце сладко замрет в груди. Вы решили – она упадет? Что вы… Нет… Она полетит…
Ангел-хранитель

Я знавал Свет и Тьму,
Был могуч и бессилен;
До сих пор не пойму:
Белоснежные крылья

Тянут взмыть в облака
И к земле пригибают…
Знать бы наверняка,
Что меня окрыляет.

Я за правым плечом -
Даже не сомневайся!
Не горюй ни о чем,
Ничего не пугайся.

Бойся лишь одного:
Если станешь моею,
От себя самого
Защитить не сумею.

Семейные Архивы Снейпов

23:38 

Она сделает шаг вперед, Сердце сладко замрет в груди. Вы решили – она упадет? Что вы… Нет… Она полетит…
Ромашка

Черный профессор. Визжащая хижина.
Белый цветок — лепестки срываю…
«Любит — не любит» я не гадаю,
Лишь бы ромашки хватило на «выживет».

Коротко, но мороз по коже.. Семейные Архивы Снейпов

23:39 

Она сделает шаг вперед, Сердце сладко замрет в груди. Вы решили – она упадет? Что вы… Нет… Она полетит…
Посмертно-похмельное

Ответь мне честно, старый Мерлин,
Какого тролля я не сдох?..
Ведь я в тебя почти что верил,
Ведь ты же там почти что бог!..

Ужель проклятая змеюка
Мной отравилась? Как же так?!?
Да, я — предатель, гад и злюка,
Убийца я, но не дурак!

Какой-то гриффиндорец видно
Замолвил за меня словцо,
Мол я — герой… А мне обидно,
И я бы плюнул тем в лицо,

Кто нимб дурацкий мне цепляет,
Кто пялится с тоской в глазах -
Меня их жалость убивает,
И столько яда в их слезах,

Что им подавится Нагайна!
За что мне их благодарить?
За то, что выжил неслучайно?
А если незачем мне жить?

Я всё долги закрыл бы разом,
Я б смертью заплатил за смерть…
Но гриффиндорская зараза
Не даст спокойно умереть!

Сидит и всхлипывает — дура!?!
Не видит разве: я не мертв!
Ох, вот ведь бабская натура:
Случится что — она ревет!

Кусает губы и бледнеет,
Во все глаза глядит — сова! -
И на моих губах немеют
Пустые злобные слова.

Не бойся, девочка, прорвемся,
И, может, даже будем жить…
Наступит утро — встанет солнце…
Дышать… надеяться… любить…


СА Снейпов

17:02 

Она сделает шаг вперед, Сердце сладко замрет в груди. Вы решили – она упадет? Что вы… Нет… Она полетит…
Велено что-нибудь написать, а то уберут в архив, вот - что-нибудь. Мечтаю о гамме для сего безобразия...


Я могла бы рассказать, какая сейчас стоит погода: сияет солнце или небо хмурится, закрываясь тучами, рассказать, какая вокруг красота: деревья, море, скалы, утесы, но не могу. Могла бы рассказать, что наблюдала во время поездки сюда: однообразные пейзажи, плотный слой облаков, а, может, всю дорогу я просто смотрела на понравившегося мне молодого человека, но не могу. Я могла бы описать, как я выгляжу: возможно - стройная, невысокая, голубоглазая, волосы ниже плеч, но я не могу даже этого. Просто я не помню, как выглядят пейзажи, я давно забыла, как ярко сияет солнце, я не помню, как я выгляжу, да в этом нет смысла – помнить свою внешность, за четыре года я все равно изменилась.
Я слепая. Я четыре года не видела солнца, туч, деревьев, да что там – я не видела своего лица! Собственно, поэтому я сюда и приехала. Ла-Пуш. Кажется, что это слово можно потрогать руками – оно мягкое, теплое, по крайней мере, мне так кажется. Я давно привыкла… нет, не привыкла – смирилась, что приходится все изучать на ощупь, на слух. Даже слова. Иногда они бывают такими острыми, что отрезают от тебя кусок…
- Она не сможет видеть, задет зрительный участок мозга, поврежден нерв…
Вот и все, конец. В пятнадцать лет – слепая. Четыре года я провела как в тумане – во всех смыслах этого слова. Первые недели после больницы не ела, не пила, сидела на полу комнаты и мечтала от чего-нибудь умереть… Потом была истерика, мама сказала, что с облегчением вздохнула, когда я вдруг заорала в голос и проплакала несколько часов. Я с трудом понимаю, как мне удалось окончить школу – я занималась дома – и сдать экзамены. Даже не хочу вспоминать. Мама решила, что мне вредно сидеть дома, в городе, и предложила поехать к двоюродной тете Лайле, что живет в индейской резервации. Я думала ровно полсекунды, и вот – я здесь, в Ла-Пуш. Конечно, мне не оценить здешних красот, но дышится тут легче. Тетя Лайла, которую я видела всего раз – когда мне был один год, забрала меня из аэропорта. Вернее, она приехала с мужчиной по имени Гарри Клирвотер. Погрузив мои вещи в машину, мы отправились в резервацию. По дороге тетя Лайла развлекала меня разговорами о всяких пустяках: о том, что видит за окном машины, какой у нее дом, о соседях… Я не знала, сколько времени заняла дорога, но заскучать я не успела.
Я самостоятельно выбралась из машины и по рассеянности захлопнула дверцу. Все, я потерялась. Раскинув руки в стороны, я принялась шарить в пространстве вокруг себя и услышала смешок за спиной.
- Что она делает? – спросил мальчишеский голос. В ответ ему раздалось хихиканье.
- Может, она слепая?
Я резко обернулась на голоса. Хихиканье смолкло. Я не любила носить темные очки потому, что мне все равно ничего не видно, и я не смогу увидеть реакцию людей, но если им неприятно видеть мои неподвижные глаза – пусть не смотрят, у них есть такой выбор.
Я почувствовала, как тишина наполнилась смущением, ничего, они ведь просто мальчишки. Я неловко улыбнулась:
- Да, я действительно слепая.
В ответ мне раздалось смущенное мычание.
- Эй, Квил, Джейкоб, на что вы тут уставились? – тетя Лайла закончила помогать мистеру Клирвотеру с выгрузкой чемоданов. – Ну-ка, помогите моей племяннице дойти до дома, пока мы с Гарри отнесем чемоданы.
Послышалась возня, словно кто-то толкал кого-то. Я улыбнулась – мальчишки, что с них возьмешь.
- Я не кусаюсь, - успокоила я их и протянула руки вперед ладонями вниз. – Но до дома дойти надо.
Кто-то несмело коснулся моей левой руки. Я повернула голову налево:
- Привет, меня Клер зовут. А тебя?
- Джейкоб, - пролепетал мальчик.
- Значит второй – Квил, - я повела рукой чуть вправо. – Ты боишься меня?
Квил почти вцепился мне в руку, словно я должна была вести его. Мальчишки.
- Ну что, пошли? А то стоим тут…
Дорожка, или что там вело к дому, была мягкой – видимо, из песка или мелкого гравия.
- Осторожно… - предупредил Квил, но было поздно – я уже споткнулась обо что-то и почти упала на землю, как рука Джейкоба уперлась мне в живот, предотвратив падение. Я ошиблась – он не маленький мальчик.
- Спасибо, - я повернула голову чуть налево, - у тебя на удивление сильные руки.
- Квил, ты слепой? – порывисто спросил парень, но потом смущенно охнул. – Прости, Клер, это случайно вырвалось.
- Да ничего, - ответила я, - нам еще далеко?
- Нет, еще шагов пять, - виновато ответил Квил.
Я старалась ступать как можно осторожней, похоже, ребята испугались больше меня, и мне не стоило больше падать.
- Здесь ступеньки, - предупредил Джейкоб.
- Спасибо, - на каждом следующем шаге я поднимала ногу чуть выше, чем обычно и благополучно преодолела три ступени. Послышался звук открываемой двери:
- Ребята, вы зайдете? – тетя Лайла взяла меня за руки. – У меня есть яблочный пирог.
- Нет, спасибо, - ответил Джейкоб, - мне нужно к отцу. Пока, Клер.
- Я тоже пойду, пока, - Квил с грохотом сбежал по ступенькам.
- Пока, ребята, – я протянула левую руку вперед, нащупывая дверь. – Кажется, они меня побаиваются.
- Не переживай, дорогая, - я услышала улыбку в голосе тети Лайлы, - они почти еще дети.
- А почему Джейкобу надо к отцу? Это отговорка?
- Нет, милая, у Джейка отец – инвалид, он не может ходить, и передвигается в кресле-каталке. Ему часто требуется помощь сына.
- О, - только и смогла произнести я, - я его в какой-то мере понимаю.
- Осторожно, здесь поворот, - предупредила тетя. Я выставила вперед руку, нащупывая препятствие. Миновав угол, мы пришли в кухню. Усадив меня за стол, тетя открыла холодильник:
- Что ты хочешь: отбивную с картошкой, суп-пюре из овощей? Есть пирог к чаю.
- Отбивную, если можно.
Я задумалась: а каково это – не ходить? Каково не видеть я знала, а как себя чувствует тот, кто не может ходить? Видимо, мои мысли отражались на лице, потому что тетя, поставив еду в микроволновку, села рядом со мной и взяла меня за руку.
- Клер, не забивай себе голову ерундой, все образуется, я понимаю, тебе тяжело слышать такое от человека, который видит, но пойми – не все потеряно, милая.
Она легонько обняла меня.
- Хочешь, завтра погуляем?
Я пожала плечами.
- Можно, но это будет тяжело.
- Тяжело тащить три сумки, имея две руки, - я почувствовала движение воздуха, словно она махнула рукой, - к остальному привыкнем.
Я слабо улыбнулась.
- Ешь, - велела она, доставая ароматный кусок мяса из печи.
Отбивная была великолепна – нежная, сочная и восхитительно вкусная. Накормив меня и напоив чаем с пирогом, тетя Лайла предложила проводить меня в мою комнату.
- У меня, конечно, не такой большой дом, как у твоей мамы, но места нам обоим хватит.
Держась одной рукой за плечо тети, я другой рукой внимательно исследовала стену по пути в мою комнату.
- Здесь туалет и ванная, - объясняла она, там – гостиная, - моя рука поймала воздух и потом снова уткнулась в стену, - а вот и твоя комната.
Я вытянула руки вперед и нащупала дверь. Повернув ручку, я осторожно переступила через порог.
- Здесь нет порога, милая, его специально убрали перед твоим приездом. В комнате пока только кровать, тумбочка и стол в углу. Чуть попозже привезут шкаф, я свои вещи храню в небольшой гардеробной, но тебе это будет неудобно, - щебетала она, пока я ходила по комнате, изучая обстановку. Комната была небольшая, но это даже к лучшему: я не потеряюсь, если попаду на середину.
Присев на кровать, я спросила:
- Сколько времени?
- Ой, - спохватилась тетя, - уже девять, а еще столько дел – твои чемоданы так и стоят…
- Ничего, я сама справлюсь, только мне нужна моя сумка с пижамой и нижним бельем.
- Справишься? – в ее голосе послышалось сомнение. – Давай так: я пока найду твои вещи, а ты иди в ванную, я тебе сейчас там все… объясню.
Проводив меня в ванную и рассказав, где что находится, тетя Лайла ушла.
- Зови, если что, я рядом.
Кивнув, я прикрыла дверь и скинула одежду. Нащупав край ванны, я залезла в нее и включила душ. Меня окатила холодная вода, я громко охнула и принялась крутить краны. Добившись нужной температуры, я просто встала и позволила воде биться о мою кожу. Время для меня – понятие настолько относительное, что я даже не представляла, сколько так простояла. Усталость постепенно накатывала, словно текла по мне вместе с водой. Кое-как намылившись мылом, я в очередной раз залезла под воду, постояла еще чуть-чуть и закрутила краны. Вылезая из ванны, я нащупала пальцами ноги коврик и только потом выпустила край ванны из рук. Осторожность во всем, она стала моей привычкой. Я не позволю себе упасть еще раз.
Я стала шарить руками по стене в поисках полотенца - большое, махровое и пахнущее чем-то незнакомым, но приятным. Завернувшись в него, я нашла дверь и отправилась на поиски своей комнаты. Так, вот дверь, дальше должна быть еще одна, снова стена, потом пустота – вот она – пара шагов и я около цели. Вытянув руку, я нащупала ручку, потянул вниз и вошла. Если закрыть дверь и встать к ней спиной, то чуть справа и дальше будет кровать, кажется. Пребольно стукнувшись о боковину кровати, я нашла ее. Вот черт, все равно не буду ходить с тростью. На уже разобранной кровати лежала пижама. Наспех вытеревшись полотенцем, я натянула ее и залезла на кровать, ища подушки и край одеяла. Наверное, это со стороны выглядит смешно – так кошки вертятся на своем матрасике, укладываясь поудобнее. Справившись с этой проблемой, я залезла под одеяло и вспомнила, что волосы у меня сырые, и я их даже не расчесала.
- Вот черт, - тащиться за расческой неизвестно куда совершенно не хотелось, да и тетю звать тоже. Подумав о том, что завтра буду похожа на ходячее гнездо, я улеглась на подушку и закрыла глаза. Ничего не изменилось – все та же темнота. Я даже однажды пыталась заснуть с открытыми глазами, ну какая ведь разница – открыты они или закрыты, все равно темно! Видимо, это была привычка, да и не моргать невозможно, но ничего не получилось. Вздохнув, я постаралась отогнать эти мысли и насладиться отдыхом – тело от перелета и тряской дороги ныло и требовало немедленного покоя. Мысли становились все более несвязными, в голове толпились какие-то образы и, в конце концов, уставшая, я заснула.

20:13 

Она сделает шаг вперед, Сердце сладко замрет в груди. Вы решили – она упадет? Что вы… Нет… Она полетит…
"Добрый вечер, граф!
Я Вам пишу, чего же боле,
Что я еще могу сказать..."
Хотелось бы сказать, что пальцы порхали над клавиатурой, но нет, они нервно стучали по клавишам, то и дело задевая соседние, из-за чего регулярно приходилось останавливаться и исправлять опечатки. Стыдно было бы написать первое сообщение с ошибками, ведь написанное предназначалось не абы кому, а самомУ графу. Да-да, именно так. Самому что ни на есть графу фон Кролоку, самых графских кровей. Оттого и пальцы дрожали - не каждый же день лезешь в личку к вампиру. Впрочем, небольшой опыт у нее все же имеется...
Закончив сообщение, она прикрепила к нему картинки и отправила графу. На экране заморгал значок непрочитанного сообщения. Собеседником был еще один вампир, сын того самого графа, милейшее, кстати, создание. В отличие от его отца. По крайней мере, судя по фото на аватарке графа - он личность не из тех, с кем приятно вести беседы на отвлеченные темы: хмурое лицо, тени вокруг глаз, сжатые губы.
Уличив себя в разглядывании губ графа, девушка подумала, что на сегодня с нее хватит и, перекинувшись еще парой сообщений с виконтом, решила укладываться спать. Голова с утра и так гудела, а тут еще эта сумасшедшая идея с сообщением к его сиятельству. Да еще картинки эти прикрепила. Завтра она точно пожалеет о содеянном, а сейчас не стоило дожидаться чувства вины за совершенную глупость (Глупость с большой буквы!), горе-сочинитель распрощалась с милым вампиром и отправилась спать. Пока она расстилала постель, в голове крутились возможные варианты беседы с графом, по большей части это были извинения и обещания больше никогда и ни за что в жизни не докучать древним кровососам. Отогнав от себя эти бесполезные обрывки мыслей, девушка плюхнулась в кровать и тут же уснула.

******************************************************************

В огромном помещении, заставленном рядами столов, стоял ровный гул. За стеклянной перегородкой в самом конце этой большой комнаты царила суета и раздавался тревожный писк каких-то предупредительных систем.
- Сэр, у нас перегрузка, - сообщил сотрудник, сидевший за длинным пультом управления. Он пытался справиться с потоком сообщений системы предупреждения. Вся сенсорная панель мигала оранжевыми и, что гораздо хуже, красными точками.
- В чем проблема, Сэм?- Над панелью склонился высокий мужчина. - Не отвечай, вижу. Дело опять в превышении количества запросов, снова тысячи заявок на одну и ту же персону. Черт, что происходит?
Мужчина рассеянно провел рукой по волосам, взъерошив их.
- Сэр, - обратилась к нему рыжеволосая девушка, сидевшая поодаль. - Сегодня первое июля, аналитики предупреждали, что будет всплеск заявок на данную персону. Но есть выход - существует порядка десяти вариаций, точное количество я уточняю. Правда, только четыре из них русскоговорящие, но... Либо так, либо пусть ждут исполнения заявки месяцами.
- Разрешаю вариации. Приступайте! - скомандовал главный. Хорошо, что есть эти варианты. Конечно, на каждый из них есть запросы (ну почти на каждый) - на кого-то больше, на кого-то меньше, но сейчас выбирать не приходится.
Раздался трескучий звонок внутреннего телефона. Мужчина схватил трубку.
- Отдел контроля сценариев сновидений, Смит слушает. Да, сэр, у нас стандартная перегрузка, мы уже нашли выход, справляемся. Да, в работе сейчас только четыре вариации персоны, но ситуация под контролем.
Мужчина положил трубку и подошел к панели управления - необходимо помочь операторам. Он нашел точку желтого цвета, прикоснулся к ней и вывел на вспомогательный монитор список.
- Так, посмотрим, что здесь. Ну конечно, граф. - Пробормотал он, недовольно нахмурившись. - Да еще один из двух популярных. Нет, милочка, отпадает. Так, что там в начале списка...
Мистер Смит пролистал список, успевая бегло читать заявки. Наугад ткнул пальцем.
- Хм, заявка, конечно, старая, шесть лет уже ей... Однако она не выполнена до сих пор. Пусть будет так.
Мужчина подтвердил выполнение, дважды коснувшись монитора. Моргнула какая-то строчка об ошибке, но тут же исчезла. На экране появилось изображение спящей девушки - на кровати по диагонали лежал кокон из одеяла. Из кокона торчали волосы, которые свисали почти до пола.

**********************************************************

Потерев глаза, Лаврик огладелась - темно, кусты какие-то, а вдалеке ухает сова.
- Прекрасно, просто чудо! - проворчала она. - Опять вляпалась во что-то.
Когда зрение немного привыкло к темноте, вдалеке девушка разглядела светлое пятнышко. Она решила, что это должен быть костер. А раз костер, то там должно быть безопасно. Ну хотя бы процентов на пятьдесят должно быть. Лаврик пошла в направлении светлого пятна. Продравшись сквозь густые заросли колючек, она вышла на крохотную полянку. У костра сидел довольно высокий мужчина с невероятным цветом волос - он был совсем седой, хоть и не был стариком.
- Доброй ночи, милсдарь Геральт, - поздоровалась девушка. Помедлив мгновение, она чуть присела в реверансе. На всякий случай.
Ведьмак (а это и в самом деле был он) вздохнул и пригласил жестом гостью к костру. Лаврик уселась на бревнышко поодаль от Геральта и принялась его украдкой разглядывать. Кроме высокого роста и серебристых волос он отличался оранжевыми глазами с вертикальным зрачком и шрамом через всю левую половину лица.
- Есть хочешь? - спросил ведьмак чуть хриплым голосом, кивком головы указывая на зверушку на вертеле.
- Нет, спасибо, - отказалась гостья. Мало ли кто там жарится - может, заяц, а, может... Лучше и не думать, это же ведьмак, вдруг это не добыча после охоты, а выполненный контракт.
- Как хочешь, - беловолосый вцепился зубами в тушку. - Шешас доем и жаймемша твоим жакажом.
Девушка нахмурила брови - про этот контракт она и думать забыла, но боялась обидеть охотника на чудовищ. Зря он, что ли, тащился к ней в сон. Ведьмак съел свой ужин, вытер руки какой-то тряпицей и стянул мечи и перевязь со спины, аккуратно сложив за бревнышком. Затем принялся развязывать завязки на своем кожаном доспехе.
Лаврик молча наблюдала за странным поведением персонажа.
- Ну, единорога тут нет, - Геральт взмахнул рукой, предлагая убедиться, что на поляне точно ничего подобного нет, - но думаю, мой зимний плащ сойдет.
Тут до гостьи дошел смысл всех проделанных ведьмаком действий и она залилась краской до самых пяток. Черт, кто-то напутал с рейтингом сна.
- Мастер Геральт, - прохрипела она внезапно севшим голосом, - я ТАКОЕ не заказывала.
Геральт отвлекся и взглянул на клиентку - вытаращенные глаза, на лбу выступил пот, а уши полыхают так, что хоть трубку прикуривай. В наступившей тишине можно было мечом узоры вырезать. Где-то глубоко в душе, очень-очень глубоко, ведьмак с облегчением вздохнул.
- Вот знаешь, что мне сейчас хочется сделать с тобой? - ведьмак посмотрел на девушку в упор. Та стояла ни жива ни мертва.
- Да я расцеловать тебя готов! Видеть не могу единорогов и прочие приблуды для... В общем, дай обниму!
С этими словами Геральт подошел и стиснул свою гостью в медвежьих объятиях так, что у той ребра затрещали.
- Понимаешь, - начал объяснять ведьмак, - как третья игра вышла, я задолбался в усмерть с этими контрактами с единорогом, чтоб ему пусто было. Прям хуже девки на базарной площади.
Гостья выдохнула с облегчением - убивать ее не собираются.
- Я, честно говоря, уже завещание в голове успела составить, пока вы раздевались, - нервно усмехнулась девушка.- Я не делаю заявок с высоким рейтингом, да еще с такими... вещами.
Она снова покраснела.
- Иногда я прошу сценарий с приключениями, но максимум - это пострелять в чудовищ каких-нибудь.
- Тогда чем будем заниматься? - ведьмак стянул с себя доспех, втихаря наблюдая за реакцией своей заказчицы, и принял точить мечи. - Мне же нужно будет отчитаться за рейтинг и прочее. Хотя, ты так краснела, что я думаю, это зачтется мне.
Геральт расхохотался, вспоминая лицо девушки.
- Вот ржать не надо, - буркнула она. - Я вообще не готова была к такому зрелищу. А тут вы еще про единорога сказали.
- Так чего делать будем? - перебил ее ведьмак. - Для охоты на моих чудовищ силенок у тебя маловато, на единорога, - тут он с самым невинным выражением лица принялся разглядывать меч, - ты не согласна.
- Понятия не имею, - отрезала Лаврик, ей надоели постоянные упоминания этого рогатого непарнокопытного, чтоб ему.
Геральт снова рассмеялся.
- Решай сама, ты заказчик.
Ведьмак вложил меч в ножны и поднялся на ноги. Он снова усмехнулся, глядя на девушку, подошел к лошади, привязанной за хлипкий сучок, и вытащил сверток из седельной сумки.
- Держи, - протянул он девушке нечто скомканное и лохматое. Развернув неаккуратный рулон, Лаврик швырнула его обратно хозяину, прибавив пару крепких словечек, из тех, что не пристало знать леди.
- Прости, - голос беловолосого был приглушен зимним плащом, накрывшим его с головой. - Я не буду тебя больше дразнить.
- Девятый десяток, а как дите неразумное, - проворчала девушка. - Все вы, мужики, одинаковы.
Она подняла с земли веточку, села у костра и сунула ее в огонь. Впрочем, дуться она не собиралась, сама еле сдерживала смех.
Геральт сложил плащ на бревно и подсел к гостье, легонько толкнув ее своим плечом, от чего она слетела с бревна и едва не угодила в куст колючек. Ведьмак ухватил девушку за руку и вернул ее на бревно.
- Я был неправ, я готов исправиться, - прижимая руку к груди, он виновато посмотрел на нее. - Готов понести наказание.
Лаврик посмотрела в его кристально честные глаза. Ну почти честные.
- А можно я тебя расчешу? - она протянула руку к его волосам и взяла свалявшуюся прядь. - Смотри, как они растрепались.
Девушка улыбалась, а в глазах плясали чертенята. Впрочем, это всего лишь отблески костра.
- Странная ты женщина, - покачал головой ведьмак, но отказываться не стал. - Да что хочешь делай, только не повыдергивай космы, а то лысому холодно по болотам ходить. А потом-то что?
Лаврик пожала плечами - посмотрим.

***************************
Спустя три четверти часа.
- Держи меня крепче! Да не там, выше!
- А я что делаю? Не тряси головой, твои волосы мне в лицо лезут!
Из кустов поблизости от костра раздалось пыхтение в два голоса, а потом хихиканье, также дуэтом.
- Погоди, застряло...
- Что? Где?
- В волосах у тебя! Да не крутись ты, женщина! Кой черт тебя сюда понес. Теперь выпутывай из колючек тебя и болты доставай! Они, между прочим, провалились в самый низ, ищи их теперь.
- Достала! Тяни меня отсюда!
С эти словами из кустов барбариса вывалились двое - одна в ночной сорочке, впрочем, настолько рваной, что и надобности в ней никакой не стало. Второй - в кожаных штанах и одном рукаве от рубахи, с белыми всклокоченными волосами. Оба сидели на земле и хохотали, глядя друг на друга.
- Геральт, ты посмотри на себя, - девушка заикалась от смеха, - я должна тебе рубашку. Без одного рукава!
- Ты кошмар ходячий просто! Еще раз попроси пострелять из арбалета, - ведьмак отплевывался от мусора. - Говорил тебе в куст не целиться! Ну и видок у тебя, хоть сейчас заказ на лешачиху принимай. - Геральт снова рассмеялся. - Чудо ты в колючках.
Девушка оглядела себя - действительно, в колючках. Неизвестно еще, что в волосах и как это распутывать. Хотя, зачем, это же сон, она проснется и все будет как вчера.
Ведьмак тем временем выудил из седельных сумок хлеб и вяленое мясо.
- С другой стороны седла вино, - кивнул он в сторону лошади. - Бери и садись к костру.
Лаврик встала и попробовала отряхнуться. Геральт не заметил, как брови его гостьи поползли вверх, а глаза увеличились в размере - вместо ночной сорочки на ней были лохмотья. Девушка кинулась к бревну, схватила лежащий там плащ и накинула на себя. Забрав вино из подсумка, она присела к костру. Геральт и бровью не повел, заметив на ней новый наряд.
- Вешелая была ношка, - пробубнил он с набитым ртом. - Ты ешь, не штешняйша.
- Спасибо, - она вцепилась зубами в жесткое мясо - есть хотелось очень.
- Ты если что, зови меня, приду еще раз.
- Так ждать выполнения заявки еще сто лет придется, - удивилась девушка.
- Если я захочу, - тут ведьмак понизил голос, - я могу прийти к кому угодно, просто за контракт больше выгоды получу. Но это секрет, тс-с-с. - Геральт прижал палец к губам. - Мы не рассказываем об этом клиентам, сама понимаешь. Редко бывает, чтоб мы по своей воле приходили.
- Это ты из-за единорога?
- И прочей чуши, что многим из нас приходится выполнять. Знаешь, твой сон ведь никто кроме тебя не увидит, вот и заказывают люди кто во что горазд. Нет, - ведьмак помотал головой, - не все, конечно, просят горяченького. Просто уже знаешь наперед все заказы - охота на чудовищ, единорог этот чертов, поединки всякие - вот что просят. Надоело. Но никто не расчесывал мне волосы и у костра не сидел, слушая мое нытье.
Девушка сочувственно вздохнула и подвинулась вплотную к ведьмаку. Он повернул к ней лицо и посмотрел ей в глаза. Костер отбрасывал кровавые блики на его волосах, а оранжевые глаза горели как угли.
- Тебе нужно просто захотеть, я узнаю и приду.
Лаврик чуть улыбнулась и кивнула.
- Спасибо, буду знать.
- Мне пора, - сказал беловолосый искуситель и поднялся с бревна. - Знаешь, все-таки рейтинг твоего сна не дотягивает до заявленного. Дай-ка мне руку.
Он сам взял девушку за запястье левой руки, развернул руку ладонью вверх и, не сводя кошачьих глаз с лица своей гостьи, поцеловал не слишком чистую ладошку. Удовлетворенно наблюдая, как краска медленно заливает лицо жертвы, он слегка поклонился.
- Благодарю, сударыня, за чудесную ночь, а, в особенности - за оставленную в кустах рубашку. Не забуду. - Он едва сдерживал смех.
- Ты ждешь, пока у меня из ушей пар повалит? - сквозь зубы процедила Лаврик, стараясь не рассмеяться. - Иди уже.
Геральт еще раз поклонился и развернулся к ней спиной. Вокруг стало темно и девушка проснулась.

23:04 

Она сделает шаг вперед, Сердце сладко замрет в груди. Вы решили – она упадет? Что вы… Нет… Она полетит…
Лаврик открыла глаза и попыталась потянуться, но ноги и руки запутались в одеяле - она так и лежала, завернутая в кокон. Покатавшись по кровати, девушка наконец избавилась от пут и откинула одеяло. Под ним оказался меховой плащ. Вскочив с постели, она обнаружила, что сорочка на ней порвана в клочья. Лаврик на ватных ногах подошла к большому зеркалу в коридоре. На нее смотрело чумазое нечто в сатиново-кружевных лохмотьях с вороньим гнездом на голове. Она впадет в истерику позже, сейчас нужно собираться на работу.
Уже сидя в трамвае, девушка составляла в голове план претензии в министерство снов, но ничего цензурного не получалось. Как объяснить то, что она мало того, что принесла в реальность вещь, еще и оказалось, что все царапины и синяки тоже остались при ней. Это недопустимо!
С такими мыслями она добралась до офиса и попыталась включиться в работу. Едва только удалось войти в рабочее русло, как зажужжал телефон. Сообщение от Герберта. Девушка улыбнулась - он всегда поднимал ей настроение. Ну вот, рабочий процесс был нарушен, цифры немного подождут. Вдруг телефон зажужжал еще раз - новое сообщение. Кто-то другой, не виконт. Не ожидая подвоха, Лаврик ткнула в мигающий конвертик и почувствовала, как кровь отхлынула от лица и одновременно в кабинете стало жарко. Градусов на сто.
Граф. Ей ответил граф.
Телефон едва не выпал из рук, так они затряслись.
"Герберт! Признавайся, это твоих рук дело!" - едва смогла набрать сообщение дергающимися пальцами.
"Я только намекнул отцу!" Девушка прямо видела, как виконт поднял бровь в удивлении - к чему такая паника и вообще, он для кого старается? Ну сидела бы и ждала. До пенсии примерно.
Все так же дрожащими руками Лаврик все-таки открыла сообщение графа. Наверняка его сиятельство подумал, что его достает очередная сумасшедшая. И он будет не далек от истины, чтоб она еще раз...
Стихи. Он ответил ей стихами и поинтересовался, не слишком ли сильно напугал.
"Вовсе нет, граф. А должны были?"
Ну не говорить же ему, что она напугана до уср... нервного тика.
"Должен или нет, этого я вам не скажу..."
Ну конечно, что за идиотский вопрос она задает!
Стоп, а почему она вообще так боится? И чего? Граф за тысячи километров, не укусит...
'Безразличие, вот что пугает больше, чем клыки..."
Да, намного страшнее было бы остаться без ответа.
Граф писал высокопарным слогом, было сложно подстроиться под него и соответствовать - переписка с Гербертом не требовала подобного стиля, он общался непринужденно, простым языком, хотя и грамотно. В переписке со старшим Кролоком Лаврик обдумывала каждое слово, боясь ляпнуть что-нибудь неподобающее. Не хватало, чтобы ее приняли за какую-нибудь Сарочку. Выяснив, что милый виконт таки сдал ее графу, "намекнув" тому, что есть желающие пообщаться, девушка даже почувствовала благодарность к клыкастому проказнику, ведь и правда, сколько бы она ждала ответа...
Руки, тем временем, перестали трястись, в голове прояснилось и девушка даже извинилась за дурацкие пикчи. Впрочем, граф ответил, что вовсе не обижен и просит показать что-нибудь еще. Как назло, телефон завис во время поисков и Кролок не стал дожидаться ответа, видимо, решив, что собеседница занята. Ну, или у него самого возникли неотложные дела. Все-таки, замок и прилегающие территории требуют неусыпного внимания. А еще сын. Балбес.
Остаток рабочего дня прошел более-менее плодотворно, еще немного и она в отпуске. Первое, что она сделает - как следует выспится, может быть, позовет Геральта...
Приняв от коллег поздравления и пожелания как следует отдохнуть, девушка выпорхнула из офиса и помчалась домой. В душной квартире ее ждал вечно голодный кот и чемоданы, которые необходимо собрать к поездке. Впрочем, все подождет. Кроме голодного кота, разумеется. Насыпав щедрой рукой корма Его Котейшеству, Лаврик включила компьютер и зашла на сайт министертва снов, чтобы составить претензию по поводу скорости выполнения заявок и сообщить о напугавшем ее сбое. Хм, если это можно так назвать. Хорошо, что не приснились Винчестеры или что похлеще, синяками бы не отделалась.
Сайт безбожно вис, постоянно выдавая сообщение об ошибке. Горячая линия тоже была перегружена и девушка оставила жалобу на автоответчике. Все, теперь можно расслабиться в душе и укладываться спать.
*********************************

Румыния. Замок графа фон Кролока. Библиотека.

- Рара, можно я сегодня возьму выходной? - виконт стоял у окна, покусывая кружевную манжету. - Я устал, у меня синие тени под глазами от недосыпа...
- Синяки у тебя от того, что ты вампир, - прервал граф сына, - и сейчас появятся еще, если не прекратишь портить одежду.
- Я Альфреда только в гробу вижу! - взвыл Герберт. - Мы оба устаем так, что не хватает времени на...
- Я не желаю знать, - граф раздраженно взмахнул рукой, - на что там у вас времени не хватает! Сейчас не до твоих капризов.
Граф устало опустился в старое кресло, подняв облачко пыли. На самом деле сын был прав - работы в последнее время было слишком много, план приходилось перевыполнять в пять, а то и шесть раз, и все равно они не успевали. Но через пару месяцев будет бал, который не проведешь, имея в казне пару куриных косточек. Шагал давно требует какие-то железяки к своему перегонному аппарату, в замке нужно наводить порядок перед праздником, а Магда и Сара вдвоем не справятся. Вот и приходится работать не хуже крестьянина.
- Па-а-ап, - раздалось от окна виноватым голосом, - не делай такое лицо, пожалуйста. У меня сердце сжимается.
- У нас нет сердца, - привычно возразил старший Кролок.
- Не придирайся к словам, - проворчал виконт. - Я же вижу, как ты устал. Тебе нужно отдохнуть.
- Сын, если ты скажешь мне, в чьем сне Я смогу выспаться, то я с удовольствием это сделаю.
Герберт хитро заулыбался и принялся накручивать локон на длинный палец.
- Тогда ты разрешишь нам с Альфредом взять выходной?
- Я чувствую, добром это не кончится, - граф соединил кончики пальцев, уперев локти в подлокотники кресла.
- О, рара, не переживайте так, - виконт всплеснул руками, задев портьеру и осыпал себя пылью.
Граф с трудом подавил улыбку, а Герберт, казалось, уже ничего не замечал, воодушевленный перспективой провести целую ночь с Альфредом.
- Помните, я говорил вам, что одна особа хочет пообщаться с вами, - виконт принялся нервно пропускать прядь волос между пальцев.
- Склероз еще не настиг меня, сын, я помню, - граф положил подбородок на переплетенные пальцы. Ему не нравилось начало разговора. - Более того, я даже ответил ей. Пришлось напрячь память и кое-что вспомнить из стихов.
- Вот к ней и идите, - выпалил Герберт.
Брови графа взлетели вверх от прямолинейности сына - он ожидал как минимум полчаса подготовлений и намеков, а тут как обухом по голове.
- Герберт, я устал от всяких сар, - граф покачал головой, - эти красные платья, мельканье голых шей и томные взгляды стоят поперек клыков. Я заработал себе этим бессонницу.
Граф встал с кресла, подошел к ближайшей полке с книгами и взял наугад один из наименее пыльных экземпляров - название стерлось за давностью лет.
- Да вы ж еще не пробовали, - Герберт принялся покусывать локон. - Я общаюсь с ней несколько месяцев и мне не показалось, что ей интересно наше материальное положение и ваш семейный статус. Она вообще вас побаивается.
Виконт уставился на отца, умоляюще сложив руки на груди. Граф покачал головой, сел обратно в кресло и открыл книгу наугад.
"Предвижу всё: вас оскорбит
Печальной тайны объясненье..."
- Так куда вы там с Альфредом собирались? - обреченно спросил старший Кролок.
Ответом ему был радостный визг сына, уже мчавшимся по коридору. Дождавшись, пока гобелены на стенах перестанут колыхаться, отец встал и вышел из библиотеки.
********************************************

Лаврик стояла посреди огромного зала, освещенного настолько ярко, что пришлось резко прикрыть глаза рукой, а вторую вытянуть вперед, чтобы не наткнуться на стену. Внезапно послышался стук каблуков и кто-то схватил ее за руку. Девушка открыла глаза и попыталась высвободить ладонь. Однако, ее крепко держал джентльмен во фраке, он был высок ростом и немного полноват. Незнакомец прижал захваченную в плен конечность к своей груди и заголосил на весь зал:
- Скажи! Скажи, что ты... Что ты меня любишь!
-Что-о-о? - от наглости незнакомца у девушки перехватило дыхание и она забыла про свою руку.
Джентльмен вдруг упал ей в ноги и обнял колени, прижавшись к ним пухловатой щекой.
- Да что вы творите? - девушка едва не перешла на визг. Ошеломленная, она попыталась сделать шаг назад и вполне предсказуемо с размаха уселась на пятую точку. Незнакомец, продолжая обхватывать одной рукой ее колени, потянул свою добычу на себя. Увидев, что его губы складываются в трубочку, девушка завизжала и с размаху влепила пощечину наглецу. От неожиданности тот отпустил ее и схватился за щеку. Не дожидаясь, пока нападавший опомнится, Лаврик вскочила, едва не поскользнувшись на паркете и помчалась прочь, потеряв туфлю. Бежать в одной было неудобно, поэтому девушка сняла вторую и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, швырнула довольно увесистое изделие башмачного мастерства прямо в своего обидчика. Туфля чуть-чуть не долетела, но вполне ясно донесла мысль своей несостоявшейся хозяйки - не приближайся, прибью!
Из бальной залы беглянка выскочила прямо в покрытый слоем грязи двор замка. Охнув, она обернулась, но зал пропал, вместо него была серая каменная стена. Оглядевшись, Лаврик увидела ворота и устремилась к ним, чавкая босыми ногами в грязи, смешанной с соломой и знать-не-желаем-с-чем-еще. Вокруг нее сновали люди, кто-то толкнул ее плечом и обругал. Девушка огрызнулась в ответ и ускорила шаг. Черт, что за идиотский сценарий!
За спиной раздалось лошадиное ржание и Лаврик медленно обернулась. Взгляд уткнулся в черный кожаный сапог. Так же медленно девушка подняла голову. Всадник был одет в черную кожу, был высок ростом и хмур.
- Миледи? - голос был бархатным и тягучим, обволакивал и дурманил. Лет пять назад дурманил.
- Сэр Гай, - Лаврик поклонилась и бросилась наутек, разбрызгивая ногами вонючую жижу. До ворот оставалось всего ничего и девушка заорала во весь голос:
- Гера-а-альт!
Задрав повыше юбки слишком длинного платья, она выбежала за ворота и... врезалась в стол. Зазвенели и покатились склянки, что-то разбилось. Шумно дыша, Лаврик огляделась. Замковых ворот не было, только небольшая дверь с медной ручкой. На этот раз беглянка оказалась в полутемной комнате, стены которой были заняты стеллажами с колбами, банками и незнакомым оборудованием. За столом сидел высокий черноволосый мужчина и выжидательно смотрел на нее, постукивая пером по листу пергамента.
- П-простите, профессор, - пролепетала Лаврик и выскользнула за дверь. Закрыв ее за собой, девушка оказалась в полной темноте. Темнота была такая, что не ясно - открыты ли твои глаза или нет. Лаврик испуганно метнулась назад, но двери уже не было. От ужаса мурашки поползли по спине, подняли вверх по шее и принялись шевелить волосы на голове.
- Гера-а-альт, - шепотом позвала она. Шепотом не оттого, что боялась криком привлечь внимание, а оттого, что горло сдавил спазм. - Гера-а-альт, ну пожалуйста...
Тишина была ей ответом, только сердце стучало в бешеном ритме. Она оторвет кому-то голову в этом чертовом министерстве, если только не умрет от ужаса. Стоять босиком на ледяном полу было плохой идеей, поэтому девушка пошла вперед. По крайней мере, ей так казалось, хотя вполне возможно, она ходила по кругу диаметром в метр. В такой темноте не поймешь, где право, где лево. Прошла вечность или три минуты - от страха она потерялась не только в пространстве, но и во времени. Грязь на ногах засохла и стала иногда царапать покрытие под ногами. Внезапно промелькнула мысль и Лаврик опустилась на колени, ощупывая пол. Определив, где нога царапнула поверхность, девушка пошарила рукой и наткнулась на что-то шершавое, как старый камень. Уперевшись коленом в камень, она принялась шарить руками вокруг и нашла еще один. Странно, но между камнями было что-то твердое, но неосязаемое. Девушка переползла ко второму камню и принялась нашаривать следующий, отгоняя мысль о грядущем сумасшествии. Вскоре камни стали попадаться чаще, она нашаривала их ногой и шла как по минному полю с той разницей, что искала как раз мины. В конце концов она поняла, что идет по дороге или очень широкому коридору. Как только мысль сформулировалась в голове, Лаврик пребольно укнулась носом во что-то твердое и, судя по всему, деревянное. Пошарив руками, она нашла ручку и рванула ее на себя. Перед ней было довольно большое помещение, заставленное полками с книгами. Библиотека.
Свет не горел, лишь луна сквозь мутные стекла освещала небольшую часть библиотеки, поэтому привыкшие к темноте глаза неплохо разглядели кресло, стоявшее в конце ряда стеллажей. Под ногами был мягкий ковер, странным образом цеплявшийся за осыпающуюся с ног грязь. Тихонько прикрыв за собой дверь, девушка пошла вдоль книжных рядов, освещаемых лунными лучами, проводя пальцем по пыльным, выцветшим переплетам. Сколько книг! И что за нерадивый у них хозяин, раз позволяет им покрываться паутиной и ветшать...
Внезапно из того самого кресла, что стояло в конце ряда, послышалось шуршание, а затем из него поднялась тень. Нет, не тень, силуэт.
Сердце дважды испуганно ударилось о ребра и замерло. Кровь от ужаса отхлынула от лица, ноги свело судорогой. Силуэт бесшумно сделал несколько шагов и попал в арку лунного света. Длинные черные волосы, спускавшиеся на грудь. Высокий лоб, бледная кожа, такие же бледные губы, впалые щеки и ярко блестевшие глаза.
- Добрый вечер, фройляйн.
Голос был мягким и низким, мозги буквально вибрировали в голове.
- З-здравствуйте, - только и смогла проблеять гостья.
Хозяин библиотеки оглядел девушку с ног до головы, уголок губ недовольно дернулся.
Лаврик опустила взгляд - платье было забрызгано почти до пояса, ноги покрыты коркой грязи и комьями пыли. Хороша, ничего не скажешь!
- Граф Рудольф фон Кролок, - хозяин чуть склонил голову в приветствии.
Девушка только открыла рот, как за спиной послышались голоса и в библиотеку ворвался небольшой ураган. Девушка обернулась и уткнулась носом в ворох мягких кружев. Их обладатель обнял гостью, даже сквозь ткань она почувствовала, как холодны его руки. Догадавшись, что сей ураган зовется Гербертом, Лаврик обняла виконта в ответ. Пожалуй, слишком пылко, так как стоявший за спиной Герберта Альфред округлил глаза и даже сжал кулаки.
Тем временем Герберт отстранил от себя гостью и покачал головой, оглядев ее.
- О, луна! Ты просто ужасно выглядишь! Что это за тряпки на тебе?
- И я рада тебя видеть, Герберт! - девушка нисколько не обиделась на виконта. Бальное платье и вправду больше походило на старую тряпку.
Граф напомнил о себе вежливым покашливанием.
- Сын, проводи гостью в ее покои и помоги ей с одеждой и.. - его взгляд остановился на босых грязных ногах гостьи, - и прочим. Я распоряжусь на счет ужина.
Широким шагом обойдя всю компанию, граф остановился, не оборачиваясь.
- Через полчаса жду вас всех в столовой.
И вышел, беззвучно закрыв за собой дверь.
- Ну вот, - виконт надул губы, - вечно он всех торопит. Что можно успеть за полчаса? И куда торопиться, когда вечность впереди. Кстати, -словно опомнился он, - это Альфред. Мой Альфред.
Герберт мягко приобнял друга за талию, отчего тот покраснел. Девушка могла поклясться, что покраснел.
- Светлана, - присела она в реверансе. Представляться обычным прозвищем ей почему-то показалось неприличным.
- Ну вот, - радостно заявил виконт, - все формальности и приличия соблюдены, пошли приводить тебя в порядок!
С этими словами вампир одной рукой сграбастал девушку, второй ухватил Альфреда за рукав и довольный помчался по коридору, заставляя гобелены трепетать.

16:40 

Она сделает шаг вперед, Сердце сладко замрет в груди. Вы решили – она упадет? Что вы… Нет… Она полетит…
Как говорится: пацталом!

записки сумасшедшей

главная